Железнодорожный коробейник

Испытано на себе: как я торговал в электричке 

Кирилл Железнов
«Газеты, шоколадки, печенье, карты, интересные, сенсационные газеты», – в утренней электричке на Севастополь сонные пассажиры поднимают на меня осоловелые, недовольные глаза. Спать не даю. Терпите, граждане, мне заработать надо: в соседнем вагоне злодействует конкурентка, потрошит карманы крымчан, втюхивая им исчезающие карандаши, колготки и носки.
 
«Дай, дядя, Христа ради – дай!»
Цыганская семья дымит в тамбуре. Женщины крутятся как заводные, зыркают на каждого входящего и поневоле подметают заплеванный пол длинными подолами юбок. Тут же, в чаду сигаретного дыма, что-то кричат смуглые цыганские дети.
«Дай девочкам сладкое», – без­апелляционно хватает меня за рукав самая старая цыганка, показывая на ватагу детишек, которых, видать, с малого детства приучают работать – попрошайничать.
«Купи», – вырываю руку и чувствую, что в ноги мне вцепился весь цыганский детсад.
«Дай, дядя, Христа ради – дай!» – профессионально запричитали на разные лады детишки. Наука, видать, идет впрок.
Старая цыганка меняет профессиональную наглость на вежливую просьбу: «Дай им поесть, пожалуйста. С утра еще ничего не заработали».
Зарабатывают цыгане в электричках гаданием на картах, ворожбой и традиционным обманом. Подсаживаются к одиноким пассажирам или влюбленной парочке, задуривают головы, а потом исчезают на следующей же станции. Удобно. Впрочем, «Республика» ни в коем случае не считает поголовно всех цыган Крыма обманщиками и ворами. Уверены, что среди этого этноса есть благородные люди. Но лично мне общение с ромами стоило одного кекса, который я должен был продать. Жалость, на которую так усиленно давили дети, таки возо­пила и преподнесла голодным покушать. Благое дело – в плюс, торговля – в минус.
Вообще, пробраться на электричку безбилетным – задача не из легких. По примеру Севастополя, теперь и в столице Крыма контролируют посадку. На пятой платформе, куда подали восьмичасовую электричку, дежурят несколько служащих с красными повязками на руках. Дружинники. Куда там турникетам и компьютеризации. Тетки с наметанным глазом сразу вычисляют из толпы потенциальных безбилетников. Те идут на уловки: покупают один билет на двоих, мол, второй человек провожающий. Продавцам штучного товара билеты покупать нельзя – разоришься на такой торговле. По­этому они приходят на платформу заранее, пока нет контроля или шмыгают под составами, чтобы выйти за спиной ревизоров. Есть еще контролеры в вагонах, но с теми договориться проще.
Музыканты Али и Рустем подрабатывают в электричках давно. Говорят, делиться приходится, если уж совсем лютые кондуктора попадаются.
«Покупаем им несколько бутылок пива или пару гривен даем, – пожимает плечами дуэт. – А вообще тут все, кто работают, друг друга знают. Проблем не возникает».
Мобильный крымскотатарский оркестр таскает с собой колонку-усилитель на аккумуляторах, «минусовки» в МР-3 плеере, гитару и аккордеон. О заработках парни рассказывают неохотно. Мол, день на день не приходится, и на двадцать гривен можно напеть, и на двести. Как повезет.
«Заходишь в вагон и смотришь: если русских много, то погнали русские и украинские песни петь, – говорит Али. – Если татары – то восточную музыку. А вообще, для нас это и заработок и профессиональная необходимость. Мы в основном на свадьбах и юбилеях играем, а в электричках поем, когда заказов нет, и чтобы пальцы инструмент не забывали. И реклама, опять же. Кому-нибудь понравится – он на свадьбу приглашает. А там совсем другие деньги – я за вечер 700 гривен беру».
В отличие от музыкантов, которые веселят народ и получают за это в целлофановый пакет барыши, мой бизнес не идет. До Бахчисарая я не продал ничего.
 
«Здесь платят за представление»
В маленьком помещении бахчисарайского вокзала разгуливает черная кошка с белым аккуратным «воротничком». Динамики объявляют: «Будьте осторожны! С третьего пути отправляется дрезина!», пассажиры грызут семечки и щурятся на солнце. Я беру билет на ближайшую обратную электричку и надеюсь сбыть хоть что-то на обратном пути.
«Так ты ничего не заработаешь, – объясняет продавщица Люба, торгующая мужскими трусами и носками. – Посмотри на мои баулы – ассортимент товара большой, и все дешевое. Если хочешь заниматься газетами, то надо брать их оптом, если едой, то сразу предлагать чай и кофе. А еще – рекламируй свой товар, стихи читай про него, здесь платят за представление!»
В электричке на Симферополь – народу побольше. Захожу в первый вагон, открыв газету, громко и подряд зачитываю заголовки, часто невпопад делая смысловые ударения. Мужик, возле которого я остановился, впадает в сидячий анабиоз. Такому спокойствию позавидовали бы буддистские монахи. Зато его подруга с уставшим лицом заметно нервничает.
«Миша, купи ты у него газету, он весь мозг вынесет, – громко, специально, чтобы я услышал, шепчет барышня, толкая в бок своего анабиозного кавалера. – Слышь, у тебя там „Войны и мира“ нет? Купим одну газету, только уйди».
Руководствуясь советами Маши, я в буквальном смысле «впарил» несчастным пассажирам шоколадку, кекс и колоду карт. Как мне показалось, по-другому здесь не заработать. Попадались и противные старушки, которые жевали что-то из своих целлофановых пакетиков и махали палками. Чтобы уходил. Некоторые покупали по собственному желанию. Мол, удобно.
 
Закон и жизнь
«Торговля с рук в электричках, поездах и привокзальных площадях запрещена и наказывается штрафом, – рассказывает майор милиции Наталья Пересада – она отвечает за связи с общественностью в отделе милиции на станции „Симферополь“. – Мы боремся с этим явлением, но искоренить то, что приживалось годами, в одночасье нельзя».
Иногда милиционеры ловят нелегальных продавцов, составляют на них протоколы, потом дело отправляют в суд. А там выносят предупреждение или назначают минимальный штраф. И завтра те же лица с теми же сумками штурмуют поезда. Заработать-то надо.
 
Торговали, веселились…

Куплено*Продано
Шоколад «Чайка» (2шт)7,80 грн 12 грн
Карты игральные (1шт)3 грн5 грн
Газета (еженедельник)3,50 грн5 грн
Кексы малиновые (4шт)1,70 грн3грн
Сборник рецептов3,50грн5 грн
ЗАРАБОТАНО: 18,60 грн

 
*товар для эксперимента был куплен в розничных магазинах, а не на оптовых базах