Военно-морская жизнь: авралы, короткие койки и ведро на случай морской болезни


«Республика» провела день на корвете «Тернополь» – самом молодом корабле украинского военного флота. Мы увидели быт военных моряков, который обычно скрыт от посторонних, – и выбрали самые яркие детали для этого репортажа в картинках
текст: Вадим Никифоров
фото: Юрий Лашов

Лица «Тернополя»
Наш «экскурсовод». Заместитель командира корабля капитан третьего ранга Александр Сердюк. В это крепком молодом мужчине сразу чувствуется «военная косточка»: отец, дядья и братья тоже выбрали армейскую карьеру. Они танкисты, а Александр предпочел море. В 14 лет поступил в военный лицей, потом окончил военно-морской институт. На флоте 11 лет.

Старший боцман. Владимир Андриевский прослужил на флоте 18 лет, начинал матросом, теперь мичман (по сухопутному – прапорщик). На «Тернополе» служит со дня приема корабля в состав ВМС. «Я ведь за ним еще в Киев ездил, на судостроительный завод. Мы с ним столько всего вместе повидали! Штормы, бури, учения, тревоги. На „Тернополе“ служить интересно. Мы часто выходим в море. Там сложно, зато в „средиземке“ (так на флоте называют плавания в Средиземное море – „Р“) очень интересно. В Греции были, Израиле, других странах. Конечно, мы не туристы, но все равно есть время на экскурсии, погулять по незнакомым городам».

Вахтенный. Евгений Помаран дежурит на посту № 1 – у трапа, «при входе» на корвет. Вахта на корабле длится четыре часа. «Сегодня стоять несложно, – рассказывает 22‑летний Евгений. – Солнышко светит, ветра нет почти. Тяжело бывает на морозе зимой или в ливень. Вот тогда попробуй четыре часа выстоять! А так – ничего сложного. Следишь, чтобы концы не перетирались (указывает на канаты, которые удерживают судно у берега – „Р“). И еще смотришь, кто уходит, кто приходит».

Капитанский мостик. Проектировался «Тернополь» до века компьютеризации и нанотехнологий. В системах управления нет ничего инновационного, выглядят они очень просто. Зато работает все исправно.


Торпедный аппарат. Самое грозное оружие «Тернополя» для борьбы с целями на воде. На корабле их четыре. По два на левом и правом борту.

Кок.

Матрос Богдан Кочергин в одиночку кормит весь экипаж. Сегодня на корабле отключили свет, но обед будет по расписанию – в 12 часов. На первое борщ, на второе картошка с мясом, еще салат и чай.
«В море сложнее: на корабле больше людей и рацион усиленный – больше мяса. Обычно гуляш делаю или из фарша что-нибудь. А еще в плавании после полуночи надо сделать для вахтенных матросов ночной чай. А на рейде легче. Вот сегодня в 4:45 проснулся, а в 6:30 завтрак уже готов».
Богдан научился готовить на корабле – сначала был обычным матросом, но уже год с небольшим хозяйничает на камбузе. Коку помогают два матроса: один убирает корабельную кухню и моет посуду, другой занимается сервировкой столов.

Столовая. Эта тесная комната – самое большое помещение на корвете. Столовая рассчитана на 30 едоков: в плавании на корабле находятся 90 человек, но обедают они в три смены. Картины и вышитая крестиком икона – это подарки родителей моряков «Тернополя». В углу старенький телевизор с DVD-плеером – в плаваниях матросы смотрят фильмы. Собрания экипажа, теоретические занятия тоже проходят в столовой.

РБУ (реактивно-бомбовая установка). Это устройство, похожее на барабан для огромного револьвера, «стреляет» бомбами весом больше 100 килограммов на шесть километров. «В плаваниях мы проводим на площадке рядом с реактивно-бомбовой установкой КВН, устраиваем небольшие концерты, фильмы смотрим, – рассказывает Александр Сердюк. – А то в море работы много, а развлечений мало». Кроме «сцены» на палубе есть турник и боксерский мешок – можно размяться в свободное время.

Корабельная «библия». Она находится возле поста № 1, вахтенный отмечает здесь, где находятся члены экипажа. Каждый столбец обозначает одну из частей корабля – от носа до кормы. Каждый кусочек резинового жгута на леске – член корабельной команды. Резиночки «путешествуют» по доске, в зависимости от того, где находится офицер или матрос. Если моряк покидает корабль, его «фишка» передвигается влево.

На что мы обратили внимание
На украинском корвете говорят по-русски. Офицеры дают подчиненным приказы и указания на государственном языке, матросы обращаются к командному составу тоже по-украински. Но между собой, в неформальной обстановке, члены экипажа чаще общаются по-русски. В ВМС это не запрещено. Интересно, что после обретения независимости Украине, не имевшей в последние века своего флота, пришлось буквально изобретать свой «морской» язык. Команды, вошедшие в воинский устав 1992 года, разрабатывали с участием ученых-филологов.
Противолодочный, но не только. Официальная характеристика «Тернополя» – малый противолодочный корабль. Но воевать с подводными лодками ему, скорее всего, не придется: на Черном море есть всего одна действующая подлодка – российская «Алроса». Но в случае (не дай бог) боевых действий работа для «Тернополя» найдется – он может поражать любые цели на воде и в воздухе: хоть подлодку, хоть корабль, хоть самолет. Но случая проверить вооружение в деле пока, к счастью, не представилось: стрельбы были только учебные.

Так живут матросы. Кубрик – помещение, где спят рядовые члены команды, – похож на длинный плацкартный вагон. Только койки, кажется, еще уже и короче. Свет внутрь попадает через пару небольших иллюминаторов. Душновато. «Вы бы лучше летом пришли, да еще когда вентиляция не работает», – в шутку сказал нам один из моряков.

Морская болезнь. Хотя на море была тишь и гладь, на корабле меня моментально покинуло чувство комфорта, а вместо него пришла тошнота. Ощущения очень странные: палуба то уходит из-под ног, то поднимается вверх, будто качаешься на огромных качелях. За время нашей экскурсии я постепенно бледнел, а в конце, по словам фотографа «Республики» Юры, стал даже слегка зеленоватым.
«Это ничего, – успокаивал меня заместитель командира корабля. – Когда в море выходим, морская болезнь начинается у 80% экипажа. Выходишь на вахту и ведро с собой берешь. У кого за день проходит, у кого за три, некоторые неделю мучаются. А есть такие, кому все нипочем».

Честь отдают только офицерам. Когда мы поднимались на борт по трапу, вахтенный вскинул руку к виску в традиционном военном приветствии. Уже через пару минут я с разочарованием узнал, приветственный жест был вовсе не нам, а сопровождающему офицеру – сотруднику пресс-службы флота. «С гражданскими достаточно просто поздороваться», – объяснил матрос Евгений Помаран.

Корабельный колокол. Каждые полчаса им отбивают «склянки». Раньше моряки с их помощью следили за временем. Теперь часы или мобильный телефон есть у каждого. «Склянки» скорее традиция. Колокол – самая блестящая деталь на «Тернополе»
Корабль красят каждый год. На «Тернополе» нас встретил аврал – так называют любую спешную работу, которой занята большая часть команды. Корвет готовили к покраске. Оказывается, раз в год корабль обязательно нужно перекрашивать – и в день экскурсии матросы снимали с корвета прошлогоднюю краску – шаркали по металлу цепями и другими подручными средствами. На палубе стоял жуткий гул и скрежет.

На «Тернополе» могут отключить свет. «Свое» электричество на корабле вырабатывается только тогда, когда работает двигатель. А стоя у причала, он подключается к городской электросети. В день нашей поездки в Севастополе отключили свет – и на корабле его тоже не было. Пробираться по узким коридорам нам помогал маленький фонарик. На корабле очень тесно: в дверных проемах с моим ростом (190 см) приходится пригибаться, одновременно перешагивая через высокие пороги.

Чтобы вернуться в Faceboоk нажмите кнопку

ЕСЛИ ВАМ ПОНРАВИЛАСЬ ЭТА СТАТЬЯ —
ПОДЕЛИТЕСЬ С ДРУЗЬЯМИ!