Уйти в 72 года… по воздуху


Разбившийся возле Симферополя пожилой парапланерист Анатолий Барабан мог бы спастись, если бы летел немного выше
Василий Акулов
фото из семейного архива Анатолия Барабана
Далеко не все способны, переступив 70‑летний рубеж, самозабвенно увлекаться виндсерфингом, горными лыжами и парапланеризмом. Этот человек мог. Потому что жил не как все, а по-своему. И по-своему отправился в свой последний полет.

Поначалу всем казалось, что в новость о фатальном падении 72‑летнего парапланериста в селе Строгановка под Симферополем вкралась какая-то ошибка. Многие журналисты решили, что сотрудники МЧС перепутали возраст погибшего. А когда выяснилось, что трагически ушедшему спортсмену и вправду 72, подумалось: насколько же сильно любил жизнь этот человек со звучной фамилией Барабан. Анатолий Максимович, или просто Максимыч, как по-сыновьему называли его коллеги-парапланеристы.
До переезда в Симферополь, еще при СССР, он долгое время работал рационализатором на хлебозаводе в Ялте, автоматизировал линии выпечки хлеба. Разработанные им линии функционируют до сих пор. А кроме работы в жизни Анатолия Барабана всегда был спорт. По словам родственников, всю свою жизнь он увлекался чем-то экстремальным: горными лыжами, виндсерфингом. В последнее время добавилось третье увлечение – парапланеризм.
Вячеслав Корчинский, известный в Крыму деятель авиационного движения, близко знавший Барабана, вспоминает, что Анатолий Максимович быстро влился в коллектив молодых единомышленников и вскоре стал душой компании. «Это большая редкость, когда люди в таком возрасте не отходят от дел, а приходят к новым делам, – говорит Корчинский. – Сначала мы даже не знали о его возрасте. Зато знали, что он постоянно занимается спортом: если ветер сильный – виндсерфингом, если умеренный – летал на параплане. Сидеть во дворе на лавочке с домино и пивом он бы точно не стал».
И правда, Барабан, несмотря на пенсионный возраст, напряженно работал. А после работы, по ночам, нередко «таксовал», зарабатывая в том числе и на спортивное снаряжение.
В небо Анатолий Максимович рвался для души. «Он был “пилотом выходного дня” – летал ради удовольствия, без спортивных амбиций, – поясняет Вячеслав. – Максимыч никогда не рисковал, летал обдуманно, уверенно. Хотя в парапланеризме полностью избежать риска никогда не получится. Воздух мягкий, а земля твердая».
Очевидцы падения Барабана предполагают, что причиной стали несколько факторов, в том числе «термический пузырь» – поднимающаяся вверх масса теплого воздуха.
«Анатолий Максимович уже планировал посадку, но к нему подошел термический пузырь и потянул параплан вверх. Вероятно, пытаясь соскользнуть с пузыря, Барабан слишком сильно передавил крыло – а потом ему просто не хватило высоты для исправления ошибки, – констатирует Корчинский. – Мы летаем со спасательными парашютами, но его можно применять только на высоте выше 30 метров. У Максимыча такой высоты не было».
Анатолию Максимовичу просто не повезло, считает он. Ведь пилоты зачастую отделываются травмами, после которых не только живут нормальной жизнью, но и продолжают летать. «Когда мы несли на носилках Максимыча к карете “скорой помощи”, я думал, что в худшем случае он уже через полгода, весной, сможет опять летать, – рассказывает Корчинский. – К сожалению, травмы оказались такими, что его не спасли. В больнице он пришел в себя, жаловался на сильные боли в спине. Но врачи ничего уже не могли сделать».
Жена Анатолия Максимовича Светлана Леонидовна до сих пор отказывается поверить, что мужа больше нет. «Он был жизнелюб такой, и спорт очень любил, – вспоминает она. – Виндсерфингом увлекался, на параплане летал, на горных лыжах катался вовсю – мог в Карпаты на месяц уехать, – окаменевшее от горя лицо незаметно становится более подвижным, заплаканные глаза проясняются. – Мы дома все болезненные, надеялись, что он нас до смерти досмотрит и будет нам помогать, а он сам… так вот получилось…» – не в силах сдержать рыдания, Светлана Леонидовна замолкает.
Спустя некоторое время она продолжает рассказывать о муже с искренним восторгом и колоссальным уважением: был ловкий, был смелый, был сильный. И сама, похоже, никак не может привыкнуть к этому беспощадному слову «был». «И как он не смог вырулить, я просто удивляюсь», – разводит руками убитая горем женщина.
По ее словам, подрабатывая последнее время таксистом, Анатолий Максимович никогда не брал денег с соседей, если те просили подвезти. Для него такое, казалось бы, великодушие было вполне обыкновенным делом. Барабан дарил себя семье, знакомым и, конечно же, небу.