Счастье по-старому: без телевизора и холодильника


12 крымских семей отказались от благ цивилизации ради близости к природе
Мария Макеева
фото: Юрий Лашов
У Павла и Елены Щербаковых все было отлично: роскошная квартира в Ялте с видом на море, крупный кусок земли, машина, деньги на безбедное будущее, большие возможности и манящие перспективы. Но однажды они поняли: хотят для себя и своих детей другой жизни, не связанной с погоней за деньгами и комфортом. Семья Щербаковых променяла бизнес и роскошь курортного города на жизнь в чистом поле у подножия Чатырдага, создав там поселение, которое сами Щербаковы называют «родовое поместье». «Республика» побывала в гостях у экс-бизнесмена и его семьи.

«Разве нас для этого Бог сотворил?»
В тридцати километрах от Симферополя, по дороге на Мраморное, за небольшим пригорком «спрятались» несколько домов, разбросанных по большому участку выжженного солнцем поля. Заборов нет. Редкие, пока еще невысокие деревца. Тишина. Светлое – так называется пункт нашего назначения – напоминает оставленную людьми деревню. Жарит солнце. В воздухе пахнет сухостоем. Южный ветер разносит по полю поднятый машиной столб пыли. Ни души. От небольшого вагончика неожиданно отделяется фигура в белой футболке, машет нам рукой, указывая дорогу. Павел Щербаков здесь главный, он называет себя хозяином родового поместья. Помещик нового поколения, без крепостных, но с жаждой работать на земле.

Семь лет назад ялтинский бизнесмен поставил перед собой цель: создать поселение, которое не зависело бы от курса доллара и могло бы полностью себя обеспечить продуктами питания. Так возникла идея «родового поместья». Но живут здесь не родственники, а единомышленники – 12 семей. Пока бывшие партнеры по бизнесу богатели, рисковали, теряли деньги, начинали с нуля, Павел работал над главным проектом своей жизни.
«Мы постепенно поняли, что хотим жить в гармонии с природой, пользоваться плодами собственного труда. Хотя бы питание себе самостоятельно обеспечивать, растить своими руками», – объясняет бывший ялтинец.
«На самом деле, мы ни от чего не бежим, – вступает в разговор супруга Павла Елена. – Люди час­то меняют свою жизнь, потому что устали, „наелись“. У нас иначе: есть цель, и мы к ней идем».
Павел и Елена – оба невысокого роста, спортивные, подтянутые, доброжелательные и улыбчивые. Обычная при встрече незнакомых людей неловкость уходит уже через пару минут разговора, и появляется ощущение, будто знаем друг друга давно. Щербаковы приглашают в оборудованный под жилье вагончик. Дом пока не построили.
«Жилье для нас не самое важное, – признает Павел. – Мы сосредоточились на земле. Самое главное – гармонизировать пространство вокруг. А дом строится за полгода…»
Из удушливой духоты летнего полдня мы неожиданно попадаем в прохладу: кондиционера в вагончике нет, но теплоизоляция – отличная. В интерьере много дерева, на полу вязаные коврики, на стене – уменьшенная копия школьной доски, в клетке – попугай. На кухне для нас уже накрыт стол: чай, мед, грушевое варенье, конфеты.
«К чему обычно стремятся люди? Больше заработать денег, лучше одеться, вкуснее поесть, круто отдохнуть. Человек окружает себя надуманной системой ценностей и становится ее рабом, – рассуждает Павел, разливая по кружкам ароматный чай. – А что дальше? Разве нас Бог сотворил, чтобы мы тратили на это свою жизнь?»

Правила добрососедства и вступительный тест
Щербаковы долго выбирали, где начать новую жизнь. Хотелось поселиться ближе к Южнобережью, но там участки находились только для одной семьи. А ялтинцам нужен был коллектив единомышленников и компания для младшей дочери, десятилетней Даши (старшие вместе со своими семьями живут в городе). В конце концов, взяли в аренду на 49 лет несколько крестьянских паев возле села Мраморное. Соседи по «родовому поместью» нашлись не сразу.
«Были те, кто брал землю, а потом отдавал: не справлялись, – вспоминает Павел. – У каждого были свои представления о такой жизни. Некоторые думали, что можно просто скомандовать „расти!“ – и все тут же зацветет буйным цветом. Потом, конечно, разочаровывались. В какой-то момент мы сели и написали «Правила добрососедского проживания». Сформировали общую цель для рода: чистота помыслов, крепкие, здоровые, гармоничные семьи. Некоторые этого не могли принять. Но потом поместье стало притягивать людей, которые мыслят теми же категориями, у которых такие же ценности и цели».
В списке правил – запрет на убийство животных и применение «химии».
«А как же стирать, мыть посуду? С грызунами бороться, в конце концов?»
«Мы пользуемся моющими средствами, которые не содержат вредных веществ», – отвечает Елена и демонстрирует емкость с этикеткой известной фирмы.
Сейчас в Светлом числятся 30 родов, но постоянно живут всего 12 семей. Родовое поселение – одна большая семья, и каждого члена сюда принимают, как нового родственника.
«Если семья или одинокий человек хотят здесь поселиться, сначала мы устраиваем знакомство и синхронизацию: новенькие должны провести в поместье хотя бы полдня, пообщаться со всеми, кто здесь живет. Мы должны понять, насколько близки друг к другу», – рассказывает Елена.
За годы, что существует родовое поселение, здесь побывали французы, немцы, израильтяне. Жили какое-то время на крымской земле, потом возвращались на родину.

Райский сад в Шайтан-долине
Елена, Павел и десятилетняя Даша устроили нам экскурсию по поместью. Детская, спальня, небольшая кладовая, кухня. Удобства на улице: биотуалет и душ, в который поступает вода из колодца. Отопление – печное. Нет ни холодильника (пока продукты хранят в колодце, позже Павел сделает погреб), ни телевизора.
«У нас есть ноутбук, – Елена невозмутима. – Смотрим и старые, и новые фильмы, потом вместе обсуждаем, анализируем».
Ноутбук – это связь с миром. Через интернет жители экопоселения заказывают семена для посадки, некоторые продукты (например, сыры и растительное масло), моющие средства, которые не содержат вредных химических веществ. Компьютер – чуть ли не единственная ценная вещь в поместье. Капитал, вырученный от продажи ялтинской недвижимости, вложили в аренду земли. Еще часть потратили на сельскохозяйственные эксперименты.
«Мы сначала не соображали, что и как, – без сожаления говорит Елена. – До всего приходилось доходить опытным путем. Пытались читать специальную литературу по сельскому хозяйству, потом поняли: лучшая литература – практика».
Лена улыбается. Сегодня у нее есть возможность воплотить все свои замыслы, а главное, нет страха перед завтрашним днем. Хотя в первые годы, бывало, опускались руки – расставание с городским комфортом далось нелегко.
В разные стороны от вагончикадома лучами отходят грядки с помидорами разных сортов (есть даже «изумрудная груша» – редкий сорт зеленых помидоров, которые в народе называют «украинским киви»), баклажанами всевозможных форм, огурцами, перцем. По периметру высажены фруктовые деревья, зреют подсолнухи. Трудно представить, что несколько лет назад здесь была голая степь.
«Местные говорили, что у нас ничего не вырастет, – вспоминает Павел. – Не зря место назвали Шайтан-долина: здесь нет воды. В Ялте мы привыкли: в саду палка упала и проросла, а тут все сохнет. Воду мы все-таки нашли, выкопали колодец, но вырастить что-то – действительно, трудно. Тем интереснее результат».
В поместье нет живности, кроме ощенившейся на днях собаки. Ни кур, ни уток, ни коров. Это обязательное условие: в семье Щербаковых едят только растительную пищу. Зато есть маленький бизнес: питомник, где Павел и Елена выращивают редкие сорта хвойных деревьев. Даже Даша ухаживает за крошечным кедром. Она вообще охотно помогает по хозяйству, вяжет крючком, гоняет на велосипеде с ребятами из поместья, читает фэнтези. Даша учится в обычной школе, правда, на экстернате, и ходит на занятия в минишколу при поселении – там преподают необычные предметы: «мироведение», «соприкосновение с Вселенной», «уроки мудрости». Дети в поселении не оторваны от простой жизни и не лишены типичных детских радостей. Ездят в театр, в различные кружки по интересам, и даже на дискотеку.
На большом пятачке недалеко от дома клонятся под южным ветром слабенькие деревца. В центре подрастает родовой дуб. Это – самое важное место в поместье Щербаковых: аллея Рода. В честь предков и родственников, живущих и оставивших эту землю.
«Знаете, чем отличается наш образ жизни? Нашей жизнью управляет природа, естественный порядок вещей, а не начальник, и не деньги. Мы живем так, как хотим, сами строим свою жизнь, и от этого счастливы», – говорит Павел.