Рыцари в резиновых перчатках


Профессиональные уборщики терпят выходки пьяных клиентов и фотографируются в дорогих интерьерах
Илона Тунанина
фото: Юрий Лашов
Их работа не опасна, но трудна и видна, как никакая другая. Для них открыты двери самых роскошных особняков Крыма. Они избавляют ковры от пятен, раковины – от ржавчины, наводят блеск на унитазы, и могут составить психологический портрет хозяина квартиры по особенностям беспорядка. О причудах богатых клиентов и нюансах генеральной уборки в жилье класса «люкс» «Республике» рассказала «уборщица по вызову» – сотрудница симферопольской клининговой компании.

У богатых бывает грязнее, чем у бедных
Из динамиков на летней площадке пафосного кафе возле офиса, где работает моя собеседница, гремит ретро про ягоду-малину. Когда написали эту песню, «уборщиц по вызову» не существовало – советские женщины наводили порядок в жилье самостоятельно. Привлекать помощниц тогда было принято разве что в генеральских или профессорских кругах да в семьях партийной верхушки. Сегодня услугами крымских клининговых фирм пользуются сотни состоятельных семей.
Валерия с фамилией, как французское княжество, – Монако, заказывает эспрессо, закуривает сигарету и на мою реплику по поводу фамилии замечает: «Принцессу Монако тоже зовут Валерией». Впрочем, общее у них только имя. Симферопольская Валерия – голубоглазая брюнетка среднего рос­та, по-спортивному подтянутая, с бицепсами, как у старательного «качка», важно называет себя «клинер» (от английского clean –мыть, чистить, убирать). Видимо, красивое слово помогает брать за услуги гораздо больше, чем стоит труд привычных нам уборщиц. Фирма, где трудится Валерия, просит за уборку квартиры среднего размера около тысячи гривен – уборщице за эту сумму придется работать две недели.
Карьера Валерии началась полтора года назад: после второго декрета нужно было чем-то заниматься, мама настояла, чтобы Валерия попробовала себя в клининговой компании. Женщина неохотно согласилась, а потом втянулась. Сейчас Валерия Монако руководит бригадой из 10 человек.
– Я приезжаю в дом или квартиру, выясняю, какой объем работы, чего именно хочет заказчик. Смотрю, какие полы, стены. Пористая или глянцевая поверхность, есть ли швы. Если они белые – нужна одна «химия», если черные – другая, – разъясняет тонкости своей работы Валерия. – Чем было заляпано, как давно, чем пытались выводить, не «забальзамировал» ли клиент пятно, когда пытался отчистить. Если текстильные пятна выводили «Ванишем» – тогда все, ничем уже не поможешь – другая «химия» не подойдет. Нужно или дальше пробовать «Ванишем», или смириться.
«Химией» она называет средства, с которыми работает компания. Как правило, это очень дорогая гипоаллергенная продукция. Кроме того, в арсенале клинеров есть специальная техника: полотеры, пылесосы, швабры. Мастерство выводить чужие пятна Валерия постигала на практике.
– У меня неполное среднее образование, после школы сразу родила ребенка. Всему училась на работе. Недавно, к примеру, мыли бассейн – 85 квадратов! С такой работой я столкнулась впервые. Изучила вопрос в интернете, узнала, какие используются технологии. Там такой налет – камень! Приехала, начала пробовать на небольшом участке: от одних средств бассейн чернеет, от других зеленеет. Пока не подобрала нужное, не успокоилась. Зато теперь я знаю, как бороться с этим налетом в бассейне. Отмыли втроем за три дня. Клиент остался доволен результатом!
Впервые в жизни встречаю человека, который говорит о пятнах и налете с таким упоением. Для Валерии Монако это не прос­то работа, это – увлекательное путешест­вие в неизведанное. За полтора года она выработала собственные секреты большой уборки. Говорит, иногда ей звонят из других фирм, просят помочь, но свои профессиональные находки Валерия старается держать при себе.

– Какое место в квартире самое грязное?
– Кухни, санузлы, холодильники. На кухне, бывает, отодвигаешь шкафчики и понимаешь, что туда лет пять никто не заглядывал.

– Такое у состоятельных людей тоже бывает?
– У богатых еще тот бардак бывает. В домах за миллионы тараканы попадаются. Хозяева просили вывести, но мы этим не занимаемся. Что богатые, что бедные – грязно бывает у всех.

– Сколько обычно тратите времени на уборку?
– По-разному бывает. Если прос­то помыть полы – час. На каждое окно – по полчаса. Генеральная, конечно, дольше. Однокомнатную квартиру убираем полдня. Если дом после ремонта, нужно еще больше времени. Тогда используем специальную технику, работает несколько человек. Чем быстрее сделаем, тем быстрее получим деньги и поедем на новый заказ.

– Сколько раз в день обычно приходится выезжать?
– В среднем, четыре-пять заказов в день. Они могут быть в разных уголках Крыма. Вообще это не дешевое удовольствие. К примеру, полностью убрать однокомнатную квартиру в 25–30 квадратных мет­ров будет стоить 500–600 гривен.

– Назовите, пожалуйста, три самых сложных вещи в уборке.
– Тройки не выйдет. Самое сложное – мойка окон в высотках и уборка кухни. Все остальное просто. Большинство моих коллег бояться работать на высоте, я – нет. Иногда приходится убеждать клиентов: то, чего они хотят, выполнить просто невозможно. Например, некоторые просят помыть обои, хотя по технологии этого делать нельзя, почистить плитку так, чтобы она была, как новенькая, хотя ей лет 100. Пока докажешь, что если я брызну на такую плитку химией, она просто растворится, уходит много времени. Если видим, что пятно «мертвое», его ничем не смоешь, просим хозяина подписать отказ от претензий по итогу уборки.

– Уборка происходит при хозяевах?
Зависит от клиента. Некоторые любят все контролировать, тщательно следят за каждым движением. Бывает, въехали после ремонта в дом, привезли всю семью и… вызвали клининговую компанию. Мы убираем, тут же дети носятся, собаки. В этом случае я прошу, чтобы остался кто-то один. В большинстве случаев бывает так: люди показали, что нужно убрать, и уехали.

– Как принимают работу? На что прежде всего обращают внимание?
– Смотрят, чтобы не было разводов, пыли. У меня был заказчик-прокурор. У него белая квартира: и мебель, и стены, и полы – все белое. Так он с лупой ходил, проверял, нет ли разводов на плитке или окнах. А есть такие, для кого главное, чтобы не было пыли.

Клиенты: харизматичные, но жадные
– Люди каких профессий обычно пользуются услугами вашей компании?
– Юристы, депутаты, прокуроры, бизнесмены. К кому-то приезжаем один раз, кто-то обращается годами. Мы заключаем с таким клиентом договор, приезжаем раз в неделю, заранее уже зная, что именно и как нужно убирать. От некоторых квартир у нас даже есть ключи.

– У известных в Крыму людей тоже убираете?
– Да. Однажды у Миримского убирали. Там часть дома была, после строительства, ничего особенного. Я его не видела, только служащих. Как правило, такими вопросами занимаются управляющие, хозяев мы редко встречаем. В больших домах на ЮБК владельцы, как правило, россияне, они там не появляются. Все переговоры у нас через управляющих. Недавно в Форосе у какого-то министра порядок наводили. Порой едешь и не знаешь, кто клиент. О его финансовой состоятельности, прихотях и увлечениях можешь судить только по интерьеру.

– Вы можете определить характер человека по беспорядку в его квартире?
– У меня сейчас такой опыт – даже по звонку могу понять, что это за заказчик и чего он хочет. Если досконально все выспрашивает, интересуется каждой мелочью – ничего хорошего от такого клиента не жди. Обязательно будет придираться. Те, кто щепетильно относится к порядку, требуют, чтобы все было начищено до блеска, – зануды и снобы. Никогда не поговорят, смотрят свысока, относятся, как к человеку второго сорта. Если у клиента легкий беспорядок, вещи разбросаны по квартире, то это, как правило, харизматичные холерики, веселые энергичные люди, но… скупые. Таких среди наших клиентов большинство. Им все равно, как ты уберешь, главное, чтобы не было пыли. Но посчитают каждую копейку.

– Чаевые дают или, может, дарят что-то?
– Не часто. Бывает, дарят коробку конфет или шампанское. Иногда просят выбросить вполне нормальные вещи: мини-шкафчик, комод, вешалки – мы это забираем себе. Или, например, переезжают в новую квартиру и не берут туда старую мебель – она тоже нам остается. Но это бывает крайне редко.

– Клиенты не обманывали?
– Был случай, когда женщина нас просто «кинула»: отказалась принимать заказ. Ушли ни с чем. Когда попытались компенсировать хотя бы затраты на дорогу и моющие средства, она вообще заявила, что с нашей компанией не работала и нас не знает.

Депутату чистили квартиру от презервативов
– Если вещи разбросаны, тоже собираете?

– Да. У нас есть такой клиент. Депутат. Звонит как-то, просит: «У меня завтра жена приезжает, а я тут накуролесил, срочно нужна уборка!» Встретились в городе, он передал ключи. Приезжаем, а там всюду лифчики, трусы разбросаны, презервативы. На простыне шерсть. Все постирали, почистили.

– А вы не брезгуете, работаете в перчатках?
– Не могу работать в перчатках: если «химия» попадает в перчатку, тогда для кожи вообще ужас. А что касается брезгливости… Если бы я была брезгливой, я бы здесь не работала.
Валерия признается: клиенты особенно не церемонятся. Могут проверить инвентарь, моющие средства, потребовать, чтобы клинер был одет в униформу, обязательно работал в перчатках и только с микрофиброй – никаких «домашних тряпочек».
– С этой микрофиброй прямо беда, – Валерия закуривает очередную сигарету. – Она, конечно, модная, но после нее разводы остаются. Я предпочитаю работать с мягкой, как плюш, тканью. Специально покупаю отрез и делаю из него тряпочки. Как-то заказчица едва не отказалась от моих услуг, когда увидела, что я буду мыть этими тряпками окна. Устроила скандал. С трудом удалось убедить, что так лучше. Показала ей, как выглядит стекло после микрофибры, а как – после работы с моими заготовками. Некоторые могут отказаться из-за того, что им не нравится моющее средство, с которым мы работаем.

– Капризные у вас клиенты. Час­то такие встречаются?
– Когда люди платят деньги, они могут быть какими угодно, – философски замечает Валерия Монако. – Одним не нравится, что клинер курит, другой требует, чтобы мы ходили по дому в белых носках. Был случай, когда мы выполнили заказ, уехали в другой город, а тут звонит клиент и говорит, мол, птичка накакала, приезжайте, вытрите. Мы объясняем, что не можем сейчас приехать, что он сам может вытереть. «Ну, будете мимо проходить, зайдите, уберите», – был ответ.

– Это лень, люди с жиру бесятся?
– Как они могут лениться, если у них есть деньги? Они их зарабатывают. Могут себе позволить. Если бы у меня было много денег, я бы тоже не убирала дома.

– А в вашем доме идеальный порядок?
– Нет, – смеется моя собеседница. – Я плачу маме, если у нее позволяет время, чтобы она мне помыла посуду и убрала. На себя времени не остается.

– К себе бы пустили клинеров?
– Да, без проблем. Мой муж не понимает, часто упрекает, мол, чем ты занимаешься – туалеты моешь.

– Зато туалеты золотые.
– Нет, золотые не попадались. Мраморные – были. Помню, в одном доме долго искали унитаз, а он оказался замаскирован под тумбочку. Что ни день, то открытие! Столько всего насмотришься. Недавно пригласили навести порядок в огромный замок, под Судаком. Стоит в лесной глуши – захочешь – ни за что не найдешь! Говорят, там какие-то бандиты раньше жили. Все из мрамора! Я обалдела!

«На фоне дорогих интерьеров фотографируемся»
– Когда попадаете в такой дом, наверное, ходите, как по музею, рассматриваете?
– Да. Такие интересные интерьеры! И лепка, и картины, и люстры, и художества вместо обоев, и мраморные полы – все видела! Мы любим фотографироваться на фоне всяких интерьеров, потом в «Одноклассники» выкладываем, – смущенно улыбается Валерия.

– Какие самые необычные интерьеры попадались?
– Чем богаче, тем страннее. Например, у одного клиента была кожаная комната. Стены и пол из дорогущей мягкой коричневой кожи. За ней нужен капитальный уход, чистить раз в неделю, чтобы не запылились. Сам хозяин – приятный такой мужичок, кругленький. Еще поразила стеклянная лестница на второй этаж. Это уже в другом доме. Вся прозрачная – и перила, и ступеньки. Жутковато по такой подниматься.

– Наверное, в таких дорогущих интерьерах и работать страшновато: вдруг что-то повредишь, разобьешь?
– Да. Мы несем полную ответственность, если что-то задели, уронили. Но в моей практике такого не было, к счастью. Не знаешь ведь, сколько стоит та или иная вещь. Бывает, открываешь шкафчики, там золото лежит. Да-да, – поймав мой недоуменный взгляд, кивает Валерия. – Некоторые клиенты доверяют до такой степени. И потом, обычно в таких домах есть видеонаблюдение. Да мы и не возьмем ничего – зачем портить репутацию себе и компании. Когда я вижу, что какая-то вещь мешает уборке, прошу хозяев ее убрать. Пару месяцев назад наводили порядок у крымского футболиста. Пришли – на столе куча денег. Как считали их, так и оставили. У меня аж руки трясутся: не дай бог, улетит купюра. Попросила жену футболиста убрать деньги, а она удивилась, спрашивает, мол, вы что, возьмете? Нет? Так пусть лежат. Директор нашей фирмы в шутку говорит: «Когда приходите на заказ, предупреждайте: наркотики, деньги, пистолеты прячьте или забирайте с собой!»

– А что, встречались люди с оружием?
– Был один клиент с целым арсеналом. Встретил нас нетрезвым, начал демонстрировать кортики, показывать, как какой пистолет стреляет, как его заряжать.

– Не страшно было?
– Нет, он же не стрелял. Показал и успокоился.
Ее речь уверенна и тороплива, словно боится, что не дадут договорить до конца. В ее деле принято слушать, а не говорить.
– Клиенты ведут себя по-разному. Бывает, общаются, бывает, встречают молча. Мужчины в основном общаются. Женщины чаще заносчивые и высокомерные.
– Мужчины пристают?
– Иногда. Приглашают прийти потом, когда жена уедет. Но у нас табу на отношения с клиентами.
При этом Валерия не скрывает, что ее профессия позволяет завести полезные связи: вдруг придется обратиться к юристу или прокурору, депутату или директору рынка. Свою работу она называет «неблагодарной, но интересной».
– Каждый день я встречаю разных людей, узнаю что-то новое. И езжу по всему Крыму – в прош­лом году столько увидела, сколько не видела за всю жизнь! И все благодаря работе!

Почувствуйте разницу:
500 гривен – уборка однокомнатной квартиры площадью 25–30 м2
25 000 гривен – уборка особняка площадью 2000 м2