Исповедь Валеры, который стал Вероникой


Житель Джанкоя готовится сменить пол и стать женщиной, но секс с мужчинами его не интересует – вместо этого он ищет подругу-лесбиянку
Мария Макеева
Тема сексуальных меньшинств набила оскомину еще со времен перестройки. Что нового можно рассказать о геях, лесбиянках и тех же транссексуалах? Но когда перед тобой не образ из телевизора, а живой человек, искренне рассказывающий о своей жизни, охватывают странные чувства: смесь любопытства, страха, волнения и жалости.

Валерий – привлекательный мужчина. Высокий, крепко сложен, с длинными ровными ногами, волнистыми ниже плеч черными волосами, которые Валера прячет под бейсболку. Зеленые с чайными прожилками глаза обрамлены длиннющими ресницами (и почему мужчинам так везет!?), аккуратные брови. Таким Валеру знают его родные, клиенты, для которых он мастерит на заказ мебель, соседи. Для остальных Валера – одинокая брюнетка, ищущая в интернете настоящую любовь. Валера – транссексуал: мужчина, который чувствует себя женщиной. Но при этом в качестве сексуальных партнеров его интересуют не мужчины, а женщины. На одном из сайтов знакомств журналисты «Республики» и обнаружили воззвание Валеры к неравнодушным: «Транссексуалка познакомится с девушкой для дружбы и большего». И вот Валера собственной персоной сидит передо мной в редакции «Республики». Приехал специально из Джанкоя. В мужском облике.

«Если выйду на улицу в платье, меня никто не узнает»
Устраиваемся за столом. Завариваем зеленый чай. Валера напряжен и, кажется, ждет какого-то подвоха. Знакомимся. Моему собеседнику 37 лет. В интернете он – Вероника.
– А еще меня знают как Афродиту. Под этим именем я танцую стриптиз на частных вечеринках, общаюсь в реале, – неуверенно начинает он. – Впервые я надел платье в шесть лет: испачкал свои вещи, переодеться было не во что, бабушка дала какое-то платье – сказала, мол, какая разница, в чем будешь гулять. И я в этом наряде целый день гулял вместе с мальчишками и девочками. Помню, что никто не смеялся и не дразнился. И мне это нравилось. В школе по праздникам я с удовольствием одевался в девчачьи костюмы. У матери косметику воровал. Никто не догадывался, что этот маскарад как раз соответствует моему настоящему «я».
– А как еще проявлялось желание быть женщиной?
– В походке. Вы не заметили походку? – Валера обиженно поджимает губы. – И еще у меня женские ноги.
В доказательство он вытягивает вперед длинные стройные ноги в свободных джинсах и следит за моей реакцией. Странное зрелище: мужчина пытается произвести впечатление красотой своих ног.
Валера хоть и не требует обращаться к себе исключительно в женском роде, но иногда в беседе ломающимся голосом подростка употребляет окончание «ла»: «я сказала», «я сделала». В Джанкое он не может себе позволить такой расслабленности: ведет двойную жизнь и говорит – от напряжения легко может снести крышу.
– Это у всех трансвеститов так. Они вынуждены скрываться, притворяться, поэтому у них начинается ломка, – поясняет он. – Со мной та же история. Я всегда ощущал себя женщиной, долго душил в себе это желание, потом плюнул и решил быть собой. Когда глушишь свои желания, случаются расстройства психики, начинаешь себя агрессивно вести. Бывало, я тоже задирался из-за собственных страхов.

«Всегда быть в маске – судьба моя»
Валера родился в Крыму. В семье было несколько сыновей, но родители не замечали, что один из мальчиков растет не­обычным. Не догадываются об этом и до сих пор.
– Родственники ничего не знают. Мы редко общаемся. Я хорошо маскируюсь, даже если выйду в город в платье, меня никто не узнает.
В 90‑х Валерий уехал учиться в Одессу (по специальности он – военный). В «жемчужине у моря» Валера получил первый серьезный урок человеческой жестокости. Вышел вечером прогуляться в женском наряде, познакомился с молодыми людьми, а они – начали приставать.
– Пацаны хотели развлечься. Когда узнали, что я не женщина, пырнули дважды ножом. Раны были глубокие, я чуть не умерла от потери крови.
С тех пор Валера в знакомствах разборчив. Рассказывает, что чувствовать себя уверенно ему помогают многолетние занятия боевыми искусствами. По профессии Валера никогда не работал, но говорит, что приобретенные навыки пошли на пользу. Сменил несколько специальностей – от парикмахера до сотрудника службы безопасности. Теперь он работает на себя: мастерит элитную мебель на заказ. Финансовая независимость позволяет оставаться собой.

Пьет гормоны и планирует операцию
– Я встречался и с девушками, и с парнями, – говорит Валера.
Но завести близкие отношения Валерий-Вероника хочет именно с женщиной. Они, мол, больше понимают и тоньше чувствуют. Может, поэтому он и сам так сильно хочет быть женщиной. Готов сделать даже операцию по смене пола – года через четыре. А пока готовит организм, принимая женские гормоны.
– Я начинал с минимальной дозы, потом стал увеличивать. Пью по два-три миллиграмма каждый день почти полтора года, – признается Валера.
– А как долго нужно пить гормоны, чтобы организм изменился?
– Минимум два года.
– Дорогое удовольствие?
– Смотря что пить. Дешевые гормоны стоят где-то 400 гривен в месяц.
– Это считается дешево?
– Да, потому что есть другие – за 1,5 тысячи долларов.
– Какие изменения происходят в организме после приема гормонов?
– У меня изменилось лицо: черты стали мягче. Волос меньше. Раньше была щетина, а теперь почти нет.
Валера проводит рукой по щеке, где местами пробивается сквозь кожу реденькая поросль.
– Бриться приходится?
– Нет, я не бреюсь, просто кое-где приходится волосы выщипывать. Их уже мало. Формируется грудь.
– Максимально какая может вырасти?
– Все зависит от того, женщины с какой грудью были в вашей семье. У транссексуала грудь будет вполовину меньше. Если у мамы был четвертый размер – то второй вырастет.
– А какой вы хотите стать женщиной?
– Хочу быть ни на кого не похожей. В одежде у меня индивидуальный стиль, много шью сам.
Сейчас на Валерии неброский свитер и джинсы – из магазина. Не­обычные, театральные ботинки. Пытаюсь представить, как он будет выглядеть в платье. Симпатичная получилась бы женщина.
– Сколько у вас в гардеробе женских вещей?
– То, что на мне сейчас – это фактически единственная моя мужская одежда. По дому и по двору я тоже в женском хожу.

«Я жила с женщиной, но недолго…»
– Где собираетесь делать операцию?

Валерий пожимает плечами.
– За границей, вариантов полно. После этого сразу меняют пас­порт. Устроюсь на работу. Только придется это делать уже в чужом городе.
– Может ли мужчина, ставший женщиной, испытывать сексуальное наслаждение?
– Конечно. Физически процентов на 15%, эмоционально – на все сто.
– О чем мечтаете?
– Хочется просто жить, чтобы никто не мешал. Нас не трогай, и мы не будем трогать.
О своих планах на будущее Валерий говорит неуверенно. Будто еще не сделал окончательный выбор.
– В принципе, после гормонов все можно вернуть обратно, кроме одного: останется грудь, – размышляет он вслух.
Действительно, Джанкой не тот город, где эксперименты со сменой пола могут остаться без последствий. «У нас даже обычным геям тяжело живется», – жалуется мой собеседник. Приходится скрываться.
Зато в отношениях Валера врать не привык.
– Если я знакомлюсь с человеком, сразу предупреждаю, кто я. В основном, люди пугаются. Тем не менее, какое-то время я жила с женщиной, которая приняла меня такой, какая я есть. Недолго. Мы расстались. Бывало, что из-за меня уходили из семьи. В основном, людьми движет любопытство. Многие хотят познакомиться только ради новых ощущений. Это неприятно.

Он хочет девушку, его хотят мужчины
Свою вторую половину Валерий-Вероника пытается найти в интернете. Но и здесь, признается Валера, не всегда удается завязать отношения. Не у всех есть деньги, чтобы приехать. Да и интересуются им больше мужчины, а не женщины.
– Мне тут один из Москвы писал, мол, хочешь жить в роскоши? Просто будь моей девушкой, – по-женски рассуждает Валерий. – Я не люблю большие города. Но у нас с ним еще не определено. Он хочет, но я пока не даю согласие.
– Люди даже готовы платить за встречу с вами?
– Готовы все что угодно делать, – Валера улыбается, как роковая красотка.
– И какую самую большую сумму предлагали?
– Две с половиной тысячи долларов.
– За ночь?
– За встречу. Меня в меньшей степени интересует физический контакт, оргазм можно получить и самому.
Пишут Валере не только крымчане – на его анкету в интернете часто откликаются иностранцы. У Валеры есть табу: он не встречается с земляками.
– Я знаю троих транссексуалов в Джанкое, но мы не общаемся и не встречаемся. Они боятся огласки. В Симферополе проще, здесь около 120 транссексуалов. Это те, которых знаю я. По Крыму – около шести тысяч, больше всего – в Севастополе. Есть влиятельные люди, которые любят переодеваться в женское платье. И все боятся, что про них узнают правду.
– Чувствуете себя одиноким?
– У меня сегодня еще несколько встреч в Симферополе. Пишут и 19‑летние девочки, и 23‑летние, есть те, кто согласен даже жить вместе. Так что все у меня в порядке, – Валера-Вероника заканчивает наш разговор с оптимизмом, который кажется мне напускным.