Фотограф позапрошлого века


Симферополец Вадим Судариков останавливает мгновения по технологии середины XIX столетия – при помощи самодельного деревянного фотоаппарата, стеклянных пластинок, химикатов и терпения
Алексей Вакуленко
фото: Юрий Лашов
Его фотографии контрастируют с современностью так же разительно, как и породивший их фотографический аппарат – с нынешними цифровыми фотокамерами. Собранный по технологии второй половины XIX века громоздкий и одновременно хрупкий – он кажется бесполезным антиквариатом, способным разве что украсить чью-то коллекцию. Но фотоаппарат – действующий, больше того – создан всего несколько лет назад. Его «отец» и владелец – симферопольский фотограф Вадим Судариков – не столько ценитель старины, сколько ее воскреситель. Амбротипия – техника фотосъемки, казалось бы, безнадежно устаревшая еще в конце породившего ее XIX столетия, – в работах Сударикова обретает второе дыхание и становится частью сов­ременного искусства.


«Амбротипия – это мое»
Вадим – профессиональный математик, работает системным администратором, а фотография для него – хобби и творчество. Сначала снимал на пленку, потом переместился из вчерашнего дня в позавчерашний: перешел на амбротипы – стеклянные фотопластинки с коллодионной эмульсией.
– Мне не хочется фотографировать по-другому. У амбротипии есть особая энергетика – и она совпадает с моей.
Вадим влюбился в амбротипы с первого взгляда – на сайте фотографа, чье имя он сегодня уже забыл.
– Щелкал по случайным ссылкам – и оказался на странице с фотографией, которая меня поразила глубиной, насыщенностью, – говорит Вадим. – Начал узнавать об амбротипии подробности и понял: это – мое.

Фотоаппарат строил пять месяцев
Чтобы создать свой фотоаппарат, Судариков потратил пять месяцев: три – на проектирование, еще два заняла работа над деревянным инструментом. Коллодий, необходимый для обработки амбротипов, пришлось везти из Санкт-Петербурга. А вот нитрат серебра Вадим отыскал в Крыму.
– За счет серебра такие фотографии не выцветают, – поясняет увлеченный собеседник. – Они почти вечные – не боятся ничего, кроме механического повреждения. А оттенок снимка зависит от солей, которые я добавляю в коллодий.
Создавать фотографии, напоминающие о временах расцвета амбротипии, Вадиму помогают крымские приверженцы стимпанка – это люди, которые увлечены эпохой викторианской Англии. Стимпанки одеваются в костюмы в стиле второй половины XIX века, любят мастерить механизмы, работающие на энергии пара, и воссоздают викторианскую атмосферу на своих вечеринках.


«Фотография – это не просто щелчок»
Вадим снимает на амбротипы три года, и вовсе не считает свое увлечение чудачеством.
– В культуре нет конечных точек: нельзя же сказать, например, что картины Леонардо да Винчи уже не в моде, – говорит фотограф. – Так же как в спорте нельзя сказать, что сборная Бразилии по футболу образца 1960 года осталась в прошлом. Она современна, пока она остается частью культурного пространства. Произведение искусства – это передача состояния духа автора, его идей, взглядов. А каким способом это передается, – не так уж важно. Поэтому даже если в мире в течение десяти часов или десяти лет не сделали ни одного амбротипа – это вовсе не значит, что амбротипия умерла.
В современных фотоаппаратах Сударикову не нравится именно простота получения изображения.
– Когда за тебя работает автомат, он лишает фотографию души, – убежден фотограф. – Если не работать над каждым снимком, не вкладывать в него душу, то и результат будет малоценный. В моем аппарате нет автофокуса, автоэкспозиции, здесь вообще ничего «авто» нет…
– Кроме автора, – поправляю я.
– Да, – улыбается Вадим и заключает: – В амбротипии фотограф гораздо сильнее влияет на процесс, чем в привычной фотографии. За это я ее и люблю.
Человеку, с детства привыкшему к фотографии как к изображению, переселенному фотографом с пленки на фотобумагу, вряд ли работы Сударикова покажутся дивом дивным. Ведь амбротип – это, грубо говоря, пленка и бумага в одном флаконе. И фотоаппарат, созданный по технологии полуторавековой давности, наверняка не раз виденный в кино, вряд ли сам по себе вызовет бурю восторга. Впрочем, как и снимки, которые при всей своей новизне кажутся намеренно «состаренными» – такова технология амбротипа. Ну а манипуляции с коллодием способны заинтересовать разве того, кто в школьные годы посещал кружок «Юный химик». Что же тогда интересного, действительно привлекательного в Сударикове и его старинном методе фотосъемки – кроме вычурности последнего? Это стремление Вадима к подлинности изображения, с одной стороны, и к полноте авторского взгляда, с другой. И еще – отчаянная попытка в век высоких технологий напомнить о том, что мир все же творит человек, а техника – только помогает ему.


Как это делается
Амбротипия (от др.-греч. «бессмертный отпечаток») – вариант фотопроцесса, изобретенного в середине 1850‑х британцем Фредериком Скоттом Арчером.
В начале процесса на стеклянную пластину вручную наносят специальный раствор коллодия с солями йода и брома. Затем в течение 3–5 минут пластинку держат в растворе нитрата серебра. Потом фотографу нужно в течение 10 минут – пока не высох слой коллодия – вставить пластинку в фотоаппарат и сделать снимок. Потом изображение проявляется, фиксируется, покрывается лаком и сверху накладывается еще одна стеклянная пластина. На изготовление одной фотографии уходит до 30 минут.
Полученный негатив при просмотре на черном фоне выглядит как позитивное изображение: чистые области выглядят темными, а экспонированные, непрозрачные области – светлыми. Такой эффект достигается за счет того, что серебро отражает падающий на него свет. Обратную сторону пластины обычно закрашивают черной краской или лаком, а иногда подкладывают бархат.

Цена вопроса
Один свой снимок Вадим Судариков оценивает в 150–300 гривен. За амбротипный снимок в Киеве придется заплатить около 500 гривен. В Москве цены на отпечаток начинаются от 200 долларов. Если же заказчику захочется еще и принять участие в процессе создания фотографии, московские специалисты попросят 350 долларов.

Большая редкость
Метод амбротипии применяют чуть более 100 фотографов во всем мире.


Крымские амбротипы – первые в военной истории
Первым военными фото в истории стали амбротипы с Крымской войны. Их снимал один из первых британских фотографов и первый в мире военный фотокорр Роджер Фентон. Личный фотограф королевы Виктории стал известен благодаря своей крымской серии из 360 работ, отснятых за три месяца. Командированный в Крым с заданием сформировать в обществе позитивное отношение к войне, Фентон фотографировал лагерные стоянки, построенную в Балаклаве железную дорогу, окопы и батареи, а также различные группы солдат и чиновников. Кроме того, придворный фотограф запечатлел панорамы окрестностей Севастополя, Балаклаву и суда на рейде. Сегодня уникальные снимки хранятся в библиотеке Конгресса США.