Целоваться – микробами меняться!


Жизнь брезгливых людей – это бесконечный страх перед заразой. Мы разобрались, откуда берется брезгливость и какие неприятности она приносит
Илона Тунанина
Они живут в постоянном напряжении: кипятят ложки и вилки, чтобы убить микробов, с маниакальной тщательностью моют руки, томятся в общественном транспорте, обходят стороной рестораны и уклоняются от рукопожатий. Жизнь болезненно брезгливых людей похожа на бесконечный кошмар, в котором одинокого брезгливца постоянно атакует орда микробов. «Республика» попыталась выяснить, где проходит граница между особенностью характера и патологией.


Рефлекс, который сошел с ума
Маленькая Наташа старалась увернуться каждый раз, когда родители пытались ее поцеловать. Если чужие губы все же касались ее носа или щеки, девочка спешно вытирала следы поцелуя рукой. Взрослые посмеивались над поведением ребенка, а Наташа мучительно боролась с отвращением, которое вызывало влажное прикосновение. Девочка взрослела, а вместе с ней рос список вещей, вызывающих брезгливость. «Не могу пить и есть из одной посуды с кем-то – даже с родными. Не могу надевать чужую одежду и обувь – и свою не люблю давать поносить, – без запинки перечисляет Наталья Татевосян. – Не могу спать на чужом постельном белье, а в кафе и ресторанах сразу обращаю внимание на столы и скатерти: чистые ли они».
Наталья привыкла, хотя со стороны такая жизнь может показаться мучением. «Представьте, вы захотели в туалет, а общественный загажен так, что не зайти. Приходится терпеть – из-за этого иногда проблемы со здоровьем бывают, – рассказывает женщина. – Или вот гостей люблю и готовить люблю. Но после их ухода полночи навожу порядок: пока не отчищу все – спать не лягу. Злюсь на себя, в этот момент лучше ко мне с вопросами не подходить. И еще не принимаю помощь – не доверяю».
Чрезмерная брезгливость – это сбой в работе естественного защитного рефлекса, поясняет Вячеслав Басалюков, психолог и кандидат медицинских наук. «Как правило, психически здоровый человек адекватно оценивает степень риска и реагирует в соответствии с ситуацией. Скажем, если вы оказались на свалке, у вас есть объективные причины усилить гигиенические нормы, – отмечает психолог. – Но иногда человек перестает адекватно воспринимать такие риски – и реагирует на несуществующую опасность».

«Котлеты лепим ножами – на руках микробы…»
«У меня был знакомый, он даже с женщинами не целовался, говорил, что во рту больше всего бактерий, – рассказывает киевлянка Виктория Бережная. – Занимался сексом в презервативах только определенной марки, потому что в других больше поры (как-то так говорил, дословно не помню) и можно заразиться. Зато его брезгливость помогла ему заработать репутацию и деньги: от своих сотрудников он требовал идеальной чистоты и порядка, так что в его ночном клубе есть и пить можно было спокойно».
Быть брезгливым нелегко. Но жить с брезгливым – еще сложнее. Для Светланы Сергеевны из Алушты 33 года супружества – это тридцатитрехлетняя война с микробами, в которой она – рядовой, а муж – главнокомандующий. Он моет руки больше 20 раз в день, протирает спиртом дверные ручки, в гостях практически не ест и все время твердит, что зараза – на каждом шагу.
Светлана Сергеевна признается: именно аккуратность будущего супруга привлекла ее в начале знакомства. «Он всегда следил за собой: начищенные ботинки, выглаженная рубашка, брюки со стрелками, в доме – идеальная чистота, – вспоминает Светлана. – Но когда мы начали жить вместе, я поняла, что это чересчур. Вплоть до того, что котлеты приходится лепить только двумя ножами – на руках микробы. Тесто тоже запрещает месить руками – в общем, стараюсь стряпать, когда его нет дома. Вообще, могу расслабиться, лишь когда он уходит на работу».
К прихотям своего супруга Светлана Сергеевна приноровилась, но даже ее ангельскому терпению иногда приходит конец: «Я захожу в дом и должна обработать спиртом ручку на сумке, дверную ручку, руки. Спиртом протираем все: пакеты с молоком, сметаной, пачку масла, даже хлеб – хотя я покупаю только запечатанный».
Врачи называют повышенную брезгливость отклонением и говорят, что ее нужно учиться контролировать, а в тяжелых случаях – даже лечить.
«Проявления брезгливости можно взять под контроль с помощью тренировок, – говорит Вячеслав Басалюков. – Например, врачей специально этому учат годами, – а в итоге со стороны кажется, будто медики совсем не брезгливы». По его словам, брезгливость сама по себе – не болезнь, но ее тяжелые проявления могут быть симптомом невроза навязчивых состояний. «При более тяжелых болезнях – психозах – брезгливость тоже может быть одним из проявлений. При мании величия, к примеру, человек считает себя исключительным, поэтому к остальным относится брезгливо, с отвращением», – рассказывает медик. К счастью, с возрастом люди становятся менее брезгливыми. Это связно с приобретенным опытом: количество ситуаций, в которых человек чувствует себя уверенно, растет, он лучше узнает людей, учится контролировать себя и это снижает уровень страха.

Три факта о брезгливости
1. Брезгливость – не болезнь, а нормальная защитная реакция, которая обусловлена человеческой природой. Когда человек сталкивается с какими-либо проявлениями гнили (например, чувствует запах разложения), подсознание реагирует на это, как на опасность – ведь в гниющей органике содержится сильнодействующий трупный яд. Защитную реакцию психики вызывают и испражнения – в них присутствуют возбудители холеры, дизентерии и клостридий, которые опасны для человека.

2. Брезгливость или, наоборот, ее отсутствие формируется в раннем детстве, в возрасте 5–6 лет.

3. Не существует убедительных свидетельств того, что брезгливые люди живут дольше или меньше болеют. Наоборот, из-за постоянного беспокойства они рискуют заработать нервные расстройства.

«… Сверчок подскакивал и полз все ближе. Он был не саранчой и не тараканом, а саранчой и тараканом вместе и поэтому вызывал невероятную гадливость.
Он прыгнул на Пастухова. Пастухов вскочил, стряхнул его и растоптал на полу с мучительным чувством детского испуга и омерзения. Он долго растирал мокрое пятно подошвой и все не мог побороть в себе брезгливость»

Константин Федин, «Необыкновенное лето»

Брезгливые знаменитости
Изобретатель Никола Тесла, прославившийся работами по электромагнетизму и электричеству, страдал гермофобией – боялся дотрагиваться до людей и любых поверхностей, на которых могли находиться микробы. Тесла мыл руки больше десятка раз в день.
Болезненной чистоплотностью отличался поэт Владимир Маяковский. Причиной стала нелепая смерть его отца: тот уколол палец булавкой, получил заражение крови и в считанные дни ушел из жизни. С тех пор любой порез или царапина вызывали у Маяковского жуткую панику. Смертоносная грязь мерещилась поэту везде: поданную еду он рассматривал чуть ли не под лупой; за дверные ручки брался, обмотав ладонь платком; одежду тщательно дезинфицировал, а рукопожатий старался по возможности избегать. Кроме того, везде с собой он носил йод, мыльницу, а в поездки непременно брал складную ванну.
Альфред Хичкок, знаменитый голливудский режиссер и продюсер, с отвращением относился к яйцам. Основоположник жанра «фильм ужасов» никогда в жизни не попробовал ни одного яйца и отказывался даже на них смотреть. Он утверждал, что нет ничего более омерзительного, чем видеть, как из белого круглого предмета вытекает желтая жидкость.
Страх перед микробами вынуждал короля поп-сцены Майкла Джексона никогда не расставаться с противомикробной повязкой, а американская певица Мадонна столь брезглива, что в каждом отеле перед своим приездом требует менять сантехнику.