«Блядня» по-крымски. Часть 1 + фото


Когда проституция была легальной: в конце XIX века в Крыму проститутками работали с 14 лет, в Симферополе конкурировали пять домов терпимости, а за день публичная женщина могла заработать столько, сколько платили за месяц работы на табачной плантации

Что будет, если в Украине легализовать проституцию? Сторонники легализации кивают на европейские страны – мол, там все хорошо. Но там – это не здесь: другие люди, условия и мировосприятие.
В нашей, отечественной истории был период, когда дома терпимости работали в каждом городе – до революции. И, пожалуй, лучше оглядываться на этот собственный опыт, чтобы попытаться спрогнозировать, что получится, если славянские «ночные бабочки» выпорхнут из нелегальной тени в правовое поле.

Историю платного секса в дореволюционной Таврической губернии хранят документы: рапорты полицейских управлений, свидетельства врачебного осмотра проституток, личные медицинские билеты и прошения девиц. Исследовав около двух тысяч документов Государственного архива Крыма, «Республика» представляет самые интересные наблюдения и открытия.

Лея Линденберг развратом не занимается?

На пожелтевшем листе, края которого разорваны и истрепаны временем, черные рукописные строки плотно уложены в аккуратные ряды. 1895 год.


ПИДОРАЙ: Секс-меньшинства всего СНГ обожают Симеиз + фото


От имени безграмотной солдатской вдовы Ельды Осиповны обращается в Таврическое Губернское управление писарь, с точностью передавая слова женщины: «Дочь моя никогда развратом не занималась и не занимается… А находится на службе у Монокорева». Лею Линдеберг, 28‑летнюю симферопольскую мещанку, дочь Ельды Осиповны, записали в проститутки. Большего позора для женщины 19 века придумать сложно: теперь у Леи заберут паспорт, выдадут вместо него «заменительный билет» и каждую неделю она обязана будет являться в полицейское управление и к врачам. Линденберг придется раздвигать ноги, дабы медики смогли провести осмотр и убедиться, что она здорова. О том, что мещанка Лея – проститутка, скоро узнает весь Симферополь, и общество навсегда вычеркнет ее из рядов «благопристойных» женщин. Службы своей у помещика Монокорева она тоже лишится, дабы единственно заниматься продажей своего тела – проститутки в царской России не имели права подрабатывать. Мать Леи утверждает, что ее дочь стала «жертвой наговора» и просит исключить ее из позорного числа проституток.

…Людские судьбы и трагедии упакованы в связки тяжеленных дел Государственного архива: открывая папку, не знаешь, что найдешь. В бумажном кармашке – бланк, где записан год, когда документы в последний раз извлекали из хранилища. Нам попадались удивительные дела без всяких отметок – то есть после попадания в архив их никто и никогда не видел и не держал в руках. Человеческие истории – пунктиром, некоторые обрываются по завершению дела, и можно лишь догадываться, как сложилась судьба героев. Это пожалуй, единственные сохранившиеся сведения о жителях крымских городов – сейчас даже могил не найдешь.


Секс в первый раз: по любви, по пьяни и в туалете…


Но история мещанки Леи Линденберг нам стала известна полностью: удалось отыскать рапорт Симферопольского городского полицейского управления. Как выяснилось, после обращения матери за Леей был установлен тайный полицейский надзор. И, увы…

Ниже нажмите кнопку «вперед» для продолжения чтения.

Чтобы вернуться в Faceboоk нажмите кнопку

ЕСЛИ ВАМ ПОНРАВИЛАСЬ ЭТА СТАТЬЯ —
ПОДЕЛИТЕСЬ С ДРУЗЬЯМИ!