Баку: Европа в Азии


13 вещей, которые удивили редактора «Республики» в столице Азербайджана
Дмитрий Жмуцкий
фото автора

Сложно поверить, что всего 25 лет назад я и мои бакинские сверстники жили в одной стране, вместе смотрели «Спокойной ночи, малыши» и носили одинаковые октябрятские значки. За четверть века – смешной по меркам истории срок – на обломках СССР сформировались очень разные государства. Сегодняшний Баку совсем не похож на Киев или Минск: по укладу жизни он ближе к крупным городам Турции, по темпам строительства – к Дубаю, а по качеству скамеек, фонарей, брусчатки и прочих городских деталей – к европейским столицам.

 НЕФТЕГАЗОВЫЕ ДЕНЬГИ. Я знал, что Азербайджан – самая богатая страна Кавказа, и даже нашел в «Википедии», что тамошний ВВП на душу населения – на 70% выше, чем в Украине, и вдвое выше, чем в Армении. Но все равно меня удивили бакинские подземные переходы, облицованные мрамором молочных оттенков, и урны для мусора, заказанные в Италии. Из Западной Европы, судя по виду, привезли и светофоры с уличными фонарями. Все тротуары в центре города вымощены брусчаткой – не привычной для нас бетонной, а из натурального гранита. Фасады всех (!) зданий облицовывают плитами из желтоватого песчаника – он похож на ракушечник, из которого сложены старые дома Евпатории, но плотнее, не такой пористый. Центр укрыт песчаником полностью, сейчас желтый камень захватывает окраины. «Если все нормально пойдет, мы через 20 лет будем жить, как в Эмиратах – поэтому никто не хочет перемен в политике», – рассказал мне Гусейн Гусейнов, 27‑летний волонтер, участвовавший в экзит-поле на президентских выборах. Результаты голосования подтверждают его слова: президента Ильхама Алиева, при котором уровень бедности сократился с 45% до 6%, переизбрали на третий срок с результатом почти 85%.

 ЦЕНЫ КАК В МОСКВЕ. Азербайджанская валюта – манат (помните на советских рублях надписи на языках республик – «бир сум, бир сом, бир манат»?) стоит почти как евро – за 100 долларов дают 78 манатов. Цены на продукты в Баку выше, чем в Москве: литр молока в пересчете на наши деньги – около 20 гривен, килограмм копченой колбасы – 150 гривен. Такси тоже кусается – небольшая поездка по центру города обходится в 60–70 гривен. Но есть и очень дешевые продукты: например, шаурма (она называется «дёнэр», с ударением на второй слог, и продается на каждом углу) стоит от 12 гривен (курица в булке-чуреке) до 18‑ти (баранина в лаваше). Дёнэр – это народная пища, шаурму жуют даже мужчины в хороших костюмах и с кожаными портфелями. Кстати, зарплаты журналистов в Баку сравнительно невысокие. Сотрудники информагентств получают 500–600 манатов (примерно 500–600 евро) – достаточно для девушки, которую содержат муж или родители, но явно не хватит, чтобы содержать семью.

 РУССКИЙ ЯЗЫК ТУРЕЦКИМИ БУКВАМИ. Вскоре после распада СССР Азербайджан отказался от кириллицы и перешел на латиницу, взяв за основу турецкую графику (оказывается, азербайджанский и турецкий языки похожи даже сильнее, чем русский и украинский). Но русские слова из обихода никуда не делись: машина по-азербайджански будет «машын», а манат состоит из ста «гапик» – то есть копеек. В Баку полно вывесок с русскими словами, но «нерусскими» буквами – например «svarka-slesar».
Все встреченные бакинцы старше 40 лет неплохо говорили по-русски (хотя некоторые путали падежи), а вот чтобы объясниться с молодежью приходилось вспоминать турецкие слова. Но все равно, в Баку вполне можно встретить двух людей с азербайджанской внешностью, разговаривающих по-русски. «Еще мы всегда переходим на русский язык, когда хотим поговорить об интиме, – признался мне администратор одного из бакинских новостных сайтов. – А то в азербайджанском слов не хватает. Их всего три: одно для мужских гениталий, одно – для женских и один глагол. И все три – грубые, девушке их не скажешь»

 НЕТ АГРЕССИИ. Азербайджанские мужчины громко разговаривают, любят держаться большими компаниями, лапают девушек и охотно лезут в драку – с таким багажом стереотипов я уезжал в Баку. И обманулся: меня встретили милые, приветливые, интеллигентные люди. Несколько раз я возвращался домой ночью, но ни разу не замечал в центре города подвыпивших компаний, не слышал пьяных криков, не замечал приставаний к девушкам. «Не стоит судить о нас по диаспоре в Моск­ве, – убеждал меня Кемаль Али, политический обозреватель азербайджанского информагентства. – В Россию в основном уезжают люди, которым не нашлось места на родине – из неблагополучных семей, без выдающихся интеллектуальных способностей. А там они попадают во враждебное окружение – и вынуждены становиться агрессивными, чтобы защититься».

 ПЫЛЬ В ГЛАЗА. Девиз Баку – «можем себе позволить». На улицах полно запредельно дорогих машин («Порше Панамера» за 150–200 тысяч долларов здесь уже не притягивает взгляды, как в Киеве), а в центральных кварталах я встретил магазины абсолютно всех (!) марок элитной одежды, которые когда-либо видел в глянцевых журналах. Такого количества бутиков на квадратный километр нет, по-моему, даже в Москве. Причем количество магазинов с мужской и женской одеждой почти одинаковое. Бакинские мужчины уделяют внешнему виду гораздо больше внимания, чем киевляне или моск­вичи: аккуратные стрижки, недешевые костюмы сдержанных цветов и черные курточки из тонкой кожи.

 «МЯГКИЙ» ИСЛАМ. Азербайджан – страна мусульманская, но светская. Призыв к намазу с минаретов звучит негромко, никто не расстилает молитвенные коврики на улицах, а женщины в платках-хиджабах и мужчины с лопатообразными бородами встречаются в Баку реже, чем в Крыму. «Большинство людей в традиционной мусульманской одежде – не местные, а приезжие из соседнего Ирана», – растолковывала мне Диана Исаева, журналист местного телеканала.

 ОФИЦИАНТЫ-МУЖЧИНЫ. За неделю в Баку я побывал в десятке ресторанов, но не встретил ни одной официантки. И в дорогих, и в бюджетных заведениях посетителей обслуживают только мужчины – обычно парни до 25 лет.

 НЕОБЫЧНАЯ ПОЗА. Бакинские мужчины любят подпирать спиной стену, упираясь в нее пяткой одной ноги. В нашей культуре такая поза считается, во‑первых, женской, а во‑вторых, вызывающе сексуальной, «проституточной». А в Азербайджане это нормально.

 ОТНОШЕНИЕ К КОНФЛИКТУ В НАГОРНОМ КАРАБАХЕ. Для нас война между Арменией и Азербайджаном – полустертый в памяти эпизод трудных 90‑х годов. Для азербайджанцев – «никто не забыт, ничто не забыто». Тема Карабаха постоянно всплывает в разговорах, про Армению говорят с особыми интонациями: в них звучит не то чтобы открытая ненависть, но явное желание реванша.

 РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ДЕНЕГ. Несмотря на значительные нефтяные доходы (за последние 8 лет Государственный нефтяной фонд, в который поступают доходы от разработки месторождений нефти и газа накопил более 34 миллиардов долларов), власти Азербайджана не торопятся повышать зарплаты и пенсии. Зато они активно вкладывают деньги в строительство школ, больниц, спортивных центров, домов культуры и жилья. Это делается, чтобы сдержать рост цен. «У нас и так жизнь дороже, чем в Турции – куда дальше?», – объяснял мне политику Алиева молодой журналист местного информагентства.

 ТИШИНА НА ВЫБОРАХ. Я приехал в Баку, чтобы освещать выборы президента – но освещать оказалось практически нечего, настолько гладко и предсказуемо все прошло. Оборотная сторона стабильности – практически полное отсутствие политической дискуссии. Азербайджанская оппозиция задушена в зародыше: митинги разрешено проводить только на стадионах и только после согласования с властью, политическую рекламу позволено размещать только на немногочисленных специальных стендах, бизнесмены хором хвалят президента и не рискуют финансировать оппозиционные партии.

 КРУГОМ ПОРЯДОК. Во‑первых, Баку постоянно моют, драят и полируют до блеска. В городе полно коммунальщиков в серо-желтой форме, но я не видел ни одного с метлой – только шланги и специальные инструменты, похожие на швабру. Местные дворники работают не только рано утром, они весь день опустошают урны и подбирают бумажки с газонов. Во‑вторых, рекламы гораздо меньше, чем в украинских городах, а здоровенные билборды встречаются только на окраинах и вдоль дороги в аэропорт. В‑третьих, любое дерево в городе строго охраняется государством. «Даже сухой ствол можно спилить только по специальному разрешению – иначе будут долгие разбирательства, а может, и штраф придется платить», – с гордостью рассказывал один из бакинских медиа-менеджеров. И в‑четвертых, Баку – наверное, самый безопасный город, где мне приходилось бывать. В 10–11 вечера в центре полно семей с детьми и колясками, влюбленных парочек. Кстати, прилюдно целоваться в Баку не принято – обычно влюбленные сидят в обнимку на скамеечках и вместе смотрят что-то на экранах мобильных телефонов.

Чтобы вернуться в Faceboоk нажмите кнопку

ЕСЛИ ВАМ ПОНРАВИЛАСЬ ЭТА СТАТЬЯ —
ПОДЕЛИТЕСЬ С ДРУЗЬЯМИ!